Арфа, Марфа и заяц

В Опалихе,
        возле Плаццо де Пеццо,
в котельной жил одинокий заяц,
который,
       как это умеют зайцы,
долгими зимними вечерами
очень любил поиграть на арфе.
Правда, казалось несколько странным,
что заяц в котельной играл вечерами
не на органе иль клавесине,
на окарине иль клавикорде,
не на валторне
             или тромбоне
и даже не на виоле да гамба,
как это любят другие зайцы,
а на обычной концертной арфе.
Впрочем, стоит ли удивляться,
что заяц в котельной играл на арфе?
Просто мы с тобой
                не имеем арфы,
и потому мы на ней не играем...
Однажды зашел я к нему под вечер
(люблю провести вечерок в котельной,
в бойлерной,
           в камергерском блеске
черных венецианских кресел!),
и мы разговорились о Бахе,
о Брамсе,
       о Шуберте
               и Сен-Сансе,
о Скарлатти и Доницетти,
о кантилене и о бельканто
италианской оперной школы.
Потом он стал в концертную позу,
как это умеют одни лишь зайцы,
и положил холеную руку
на струны,
         натянутые вертикально,
настроенные в до-бемоль мажоре,
синие,
     как гусарский ментик,
красные,
       как бутылка кьянти.
А на чердаке распевала Марфа,
в манере, присущей одной лишь Марфе,
и я, задохнувшись, тогда подумал:
ах, арфа,
        ах, Марфа,
                 ах, боже мой!

Другие произведения