Разговор с песней

Чайки мечутся,
не согреться им,
ночь неласкова и строга.
Пролетели над горами Греции,
как орлица, моя строка!

Над Афинами
ночью дикою
не придется тебе парить.
С королевою Фредерикою
песне не о чем говорить.

На Макронисос,
на Макронисос,
на скалистые берега
легче легких морских ветров несись,
мчись, как пуля, моя строка.

Там на дьявольском
черном острове
нет ни солнца, ни птиц, ни рек.
На холодные камни острые
молча падает юный грек.

Будут мять его
и уродовать,
беспощадно и долго бить.
По фашистским законам родину
и свободу нельзя любить.

Ты лети, строка,
будто зрячая,
сквозь колючие рубежи,
рану горькую и горячую
и горючую —  освежи.

На рубцы его
ляг повязкою,
кровь засохшую оботри,
материнскою доброй ласкою
поддержи его, ободри.

Бедный Сулиас,
бедный Спилиас,
без отчества, без семьи.
Как изранили, как избили вас,
черноглазые во мои!..

Ах, строка моя.
Ах, строка моя,
ты тиха еще, как ручей.
Если б этими кулаками я
мог добраться до палачей!

Нет, не плакал бы
я над трупами,
разобрался бы, как мне быть:
с палачами и душегубами
надо иначе говорить!

1950

Другие произведения