Бессмертие

Возле памятника Петефи,
у гранитного моста Маргит,
в Будапеште,
в начале марта,
в сорок пятом он был убит.
И когда мы ушли на Вену,
наведя на Дунае мосты,
приносили венгерские дети
на могилу его цветы.
И когда мы дрались за Гроном
и под Прагой вступали в бой,
над его могилою липы
шелестели первой листвой...
На лафете остались шрамы —
не закрасишь свинцовых мет.
Командир огневого взвода,
я опять отыскал твой след!
Три весны пронеслись над нами.
Протрубил горнист и умолк.
Офицеры ведут под знамя
наш Берлинско-Хинганский полк.
Над линейкой, как после боя,
напряженная тишина.
В батальонах идет поверка.
Старослужащий старшина
выкликает тебя по списку.
«Смертью храбрых...»
                                      Но это ты
вместе с нами встаешь с рассветом,
по ночам обходишь посты.
Над твоей несмятой постелью —
в самодельной рамке портрет.
Офицерскими женами собран,
в изголовье стоит букет.
За кедрач уплывает солнце.
Протрубил горнист и умолк.
По таежным тропам проходит
наш Берлинско-Хинганский полк.
Мы ползем и штурмуем дзоты,
как четыре года назад.
И становится к панораме
не видавший тебя солдат.
И снаряды ложатся точно
(«Хороши, орлы, хороши!»
На рассвете комдив усталый
руки жмет нам все от души.)
И тепло твоего дыханья
ощущаем мы все сильней...
В этом смысл
                        окопного братства
и бессмертия наших друзей.                

1947

Другие произведения